Особенности оказания амбулаторной стоматологической помощи пациентам в период беременности

Поддержание стоматологического здоровья во время беременности обусловлено важностью сохранения здоровья матери и нормального развития плода. Беременные пациентки представляют особую группу риска на стоматологическом приёме. 

2022-12-31 Автор: admin Комментариев: 0

Николай Ларинский: «Российская и европейская медицина. Часть — V»

В течение XIX века, да и позже российская медицина была сориентирована на немецкую, бесспорно, лучшую в мире. Но если до революции отечественная профессура, стажировавшаяся в немецких клиниках, лишь глухо ворчала по поводу отсталости и бедности родимых клиник, то в советские времена, вопреки очевидному для любого гражданина убожеству советских больниц, пропаганда все уши прожужжала, что «мы — впереди планеты всей»! Примечательно, что последним большевистским деятелем, воспользовавшимся помощью заграничных врачей, был, по иронии судьбы, Л.Д. Троцкий. Он был человеком хлипким, нередко болеющим  и любившим болеть, а посему и к врачам обращался часто. Незадолго до покушения Меркадера мексиканские врачи оперировали его по поводу аппендицита, а после рокового удара ледорубом пытались спасти, но тщетно…

«Немецкая медицинская наука являлась всегда для нас основой образования», — писал академик А.Л. Мясников, но после окончания Второй мировой войны, по вполне понятным причинам, наши ориентиры поменялись. Повторилась ситуация XIX века, когда при Николае I научные контакты российских врачей с Европой пресеклись. Тут были две причины: Сталин не любил лечиться и боялся врачей, и уж тем более заграничных,  во-вторых, сразу после войны началась борьба с космополитизмом и преклонением перед Западом. Началась эпоха переиначивания медицинских терминов: точка Эрба стала точкой Боткина, симптом Битторфа — симптомом Тушинского, симптом Румпель-Леде — симптомом Кончаловского и т.д. «Словом, наступила полоса «мокроступов» и «земленаук» — с той разницей, что шла игра не в переиначивание терминов на русский язык, а  беззастенчивое ограбление интернациональной науки и воровское приписывание ее открытий отечественным ученым (конечно, без их согласия), своего рода шантаж под флагом патриотизма» (А.Л. Мясников, 2011).

Началась клоунада Лепешинской, Бошьяна и Сперанского, который, по словам того же А.Л. Мясникова, «имел вид не то Сталина в науке, не то пьяного Распутина». Конечно, про поездки к европейским врачам и даже приглашения их к нам пришлось забыть, зато начали активно приглашать вождей стран социалистического лагеря и лидеров «национально-освободительного движения» на лечение в Советский Союз. И вот что интересно: если при лечении в «капстранах» представители советской элиты, кроме А.В.Луначарского и Ф.Ф.Раскольникова, оставались живы, то нам повезло меньше:  «…в Союзе умерло не менее полутора десятков генеральных секретарей и видных деятелей коммунистических и рабочих партий, премьеров и президентов разных стран», что не мешало пропагандистам на голубом глазу долдонить: «…«теперь не может идти речь ни о какой цивилизации без русского языка, без науки и культуры народов Советской страны. За ними приоритет»; «капиталистический мир уже давно миновал свой зенит и судорожно катится вниз, в то время как страна социализма, полная мощи и творческих сил, круто идет по восходящей»; советский строй «в сто крат выше и лучше любого буржуазного строя», а «странам буржуазных демократий, по своему политическому строю отставшим от СССР на целую историческую эпоху, придется догонять первую страну подлинного народовластия». Если почитать советские медицинские книги того периода, то увидим, что в них имеются либо ссылки лишь на отечественных авторов, либо нет библиографического перечня вообще (только бы не писать ненавистные иностранные имена!). Наивно полагать, что отечественная медицина в такой изоляции могла успешно развиваться.

С 28 июня по 4 июля 1950 года прошла совместная сессия Академии наук СССР и Академии медицинских наук СССР. Сессия преследовала цель борьбы с влиянием Запада на советскую физиологию и психиатрию. Как всегда, она напоминала суд инквизиции. Ученых обвинили в том, что они продолжают оставаться на старых антипавловских позициях, а вице-президент АМН СССР Жуков-Вережников упрекал их в том, что они «неустанно припадают к грязному источнику американской лженауки». После того как Н.М. Амосов в 1960 г. в составе большой делегации посетил США и познакомился с тамошней медициной, он очень кратко подвел итог поездки: «Какая мы все-таки деревня!» Больше всего, конечно, раздражало то, что официальная пропаганда продолжала трындеть о каких-то мифических достижениях медицины и резком уменьшении смертности и повышении рождаемости по сравнению с 1913 годом! Чего стоит, например, такой пассаж: «По сравнению с 1940 годом сектор городских больниц, оборудованных рентгеновскими кабинетами, вырос с 32 до 77%, клиническими лабораториями — с 49 до 87%, физиотерапевтическими отделениями — с 22 до 70%».  Если перевести это на человеческий язык, то в конце 50-х гг. в Советском Союзе в 30% больниц отсутствовали рентгеновские аппараты, лаборатории и физиотерапия. Либо «руки с мылом», либо «чай с сахаром»!

Конечно, в больницах IV управления Минздрава СССР и РСФСР были совсем другие условия, но когда, что называется, приперло, то сразу вернулись к проведению консультаций иностранных светил. После тяжелейшей травмы в ДТП академика Л.Д. Ландау к нему были приглашены профессор Зденек Кунц (Чехословакия), профессора Мари Гарсен и нейрохирург Жирар Гийо (Франция), нейрохирург Уайдлер Пенфилд (Канада). В Карловых Варах его консультировал главный врач санатория Ян Иш. В 1971 году интернациональный консилиум был проведен у постели больного Г.К. Жукова. В нем участвовали А.И. Арутюнов, знаменитый нейрохирург, профессор госпиталя маршала Фоша в Париже Жерар Гийо (Gérard Guyot, 1912-1998) и профессор Пьер Рондо (Pierre Rondot). Консилиум продолжался больше пяти часов (13 мая 1971 г.). В 1973 году к больному маршалу пригласили известного японского иглорефлексотерапевта, профессора С. Окабэ (Sodo Okabe, 1907-1984). В 1973 году для проведения операции у Президента АН СССР и всех орденов кавалера М.В. Келдыша из США был приглашен М. Дебейки (Michael Ellis DeBakey, 1908-2008).  М.В. Келдыш, хорошо знавший С.П. Королева, наверняка был напуган его смертью «под ножом» отечественных светил и академиков А.А. Вишневского и Б.В. Петровского, а Дебейки успешно лечил графа Виндзорского, шаха Ирана, короля Иордании, президента Турции, лидера Никарагуа, американских президентов Кеннеди, Джонсона и Никсона, Марлен Дитрих. Он успешно оперировал Келдыша, а в 1996 году консультировал Б.Н. Ельцина. Показательный пример — история знаменитого хирурга, академика Н.М. Амосова. Всю жизнь оперировал на легких и сердце, был академиком, директором института, депутатом и лауреатом Ленинской премии. Один из основателей отечественной торакальной и кардиохирургии. Человек, которого никак в антипатриотизме обвинить нельзя, при всей критичности к «обществу развитого социализма»! Он много лет тяжело болел, была клиника ишемической болезни и сочетанного аортального порока сердца, а когда в 1998 году ему стало совсем плохо, Амосов предпочел оперироваться в клинике профессора Рейнера Корфера (Reiner Körfer) (директор клиники торакальной и сердечно-сосудистой хирургии университета Bochum) в крошечном городке Бад-Ауэнхаузен, около Дюссельдорфа. Восьмидесятичетырехлетнему Амосову за три часа одновременно провели операцию АКШ, установили кардиостимулятор и биологический протез аортального клапана. Его описание клиники Рейнера Корфера потрясает. А особенно впечатляет, что Бад-Ауэнхаузен с населением… 48 000 человек (в четыре раза меньше Коломны!) имеет такие клиники. Амосова повезли оперировать не в Берлин или Бонн, а в этот городок, как у нас раненых и обожженных везут в Москву! Правда, его благополучие после успешной операции было недолгим: спустя четыре года у великого кардиохирурга развились подряд три инфаркта. Последний оказался фатальным…  

2012-11-19 Автор: Larinsky_N.E. Комментариев: 4 Источник: uz-rf.com